Роднина: я не разбрасываюсь словами и говорю только о том, в чем действительно разбираюсь
Трехкратная олимпийская чемпионка в парном катании, легенда советского фигурного спорта и ныне депутат Госдумы от партии «Единая Россия» Ирина Роднина объяснила, как относится к своим резонансным высказываниям и громким скандалам, которые возникают вокруг ее комментариев в прессе.
В беседе на канале «Эмпатия Манучи» 76-летняя спортсменка и политик подчеркнула, что не считает свои заявления «глупостями» и всегда опирается на личный опыт и знания:
По словам Родниной, она убеждена, что имеет полное право на собственную позицию, даже если она кому‑то не нравится:
Она отмечает, что может ошибаться, как и любой человек, но это не повод отказываться от своего голоса: ей, как она подчеркивает, «законами и правами жизни» дано право говорить то, что она думает и понимает. И если при этом не нарушаются законы, то и оснований для самоцензуры она не видит.
Отвечая на вопрос о том, мучают ли ее сомнения после резких или спорных фраз — не возникает ли желания отмотать время назад и промолчать, — Роднина признается, что подобные раздумья ее не определяют. Она не склонна сожалеть о сказанном только потому, что общество отреагировало бурно или агрессивно.
Она вспоминает урок, который усвоила еще в спортивной юности: ей тогда сказали, что у успешного человека обязательно должны быть и друзья, и враги. Если вокруг личности нет ни поддержки, ни противников, это зачастую означает отсутствие значимости и влияния.
Роднина уверена: невозможно, чтобы все безоговорочно восхищались тобой, как и невозможно постоянное поголовное отрицание. К любому человеку, занимающему активную позицию, отношение будет неоднозначным, и она воспринимает это как норму, а не как трагедию.
При этом она подчеркивает, что не стремится комментировать каждое громкое событие или любой горячий информационный повод. По ее словам, она выбирает темы, в которых чувствует себя компетентной:
«Я не высказываюсь по всем моментам. Я говорю только там, где я точно что-то понимаю и что-то знаю», — отмечает бывшая фигуристка.
Отдельно Роднина коснулась ситуации, когда ее подвергли жесткой критике за слова о пенсиях. По ее мнению, общественная реакция зачастую связана не с реальным содержанием сказанного, а с общей установкой «опустить успешных людей» и «обмазать грязью» тех, кто многого достиг.
Она считает, что в современном общественном пространстве любая острая реплика публичного человека сразу попадает под увеличительное стекло. При этом нередко ее вырывают из контекста, обрывают цитату на полуслове и подают так, чтобы вызвать максимальное возмущение. Именно поэтому, по ее словам, вокруг ее фамилии регулярно возникает «большой ор, крик, скандал».
В то же время Роднина не видит в этом повода менять свой характер и отказываться от принципиальности. Она привыкла жить в условиях давления еще со времен большого спорта, когда результат оценивали миллионы зрителей, а оценка судей могла зависеть от малейшей ошибки. Там она научилась выдерживать чужое недовольство и сохранять внутреннюю опору.
Свою прямолинейность она объясняет карьерой, в которой мало что доставалось легко: жесткая конкуренция, постоянные тренировки, травмы, необходимость отстаивать себя и на льду, и вне его. Этот опыт, по ее словам, сформировал привычку говорить честно и не прятаться за общими фразами, даже если правда кому-то неприятна.
Сегодня, работая в парламенте, Роднина переносит эту спортивную прямоту в политику. Она уверяет, что не стремится понравиться всем и не подстраивает свои высказывания под запросы публики. Напротив, считает важным говорить о сложных темах так, как видит их сама — исходя из личной истории, профессиональных знаний и понимания ситуации в стране.
Отвечая на критику, спортсменка подчеркивает: ее слова — это не попытка эпатажа и не желание набрать популярность за счет громких фраз. Она говорит о тех вещах, которые считает важными и болезненными, и, по ее убеждению, молчание здесь было бы куда большим грехом, чем риск попасть под волну негодования.
Роднина также обращает внимание на то, что люди, чья биография связана с большими победами, нередко становятся объектом особенно пристального внимания. Общество склонно ожидать от таких фигур либо идеальной безошибочности, либо, наоборот, с удовольствием фиксировать любую неточность или неосторожное высказывание, чтобы свести счеты с их прошлым успехом.
Она считает, что за многими волнами хейта стоит обида или разочарование: часть людей не готова принимать, что человек, которого они привыкли видеть лишь как спортсмена или героя прошлых лет, теперь высказывается по социальным, экономическим или политическим вопросам. Но сама Роднина уверена, что ее жизненный путь дает ей право участвовать в этих обсуждениях наравне с другими.
При этом бывшая фигуристка не отрицает, что любое публичное высказывание несет ответственность. Она осознает, что ее слова могут быть восприняты как сигнал или ориентир, особенно старшим и средним поколением, которые помнят ее спортивные триумфы. Тем не менее, по ее словам, именно ответственность и заставляет ее тщательно отбирать темы и говорить о том, в чем она уверена, а не поддаваться конъюнктуре.
Говоря о возрасте, Роднина подчеркивает, что не собирается превращать свои интервью в набор осторожных и обезличенных фраз. В 76 лет она считает себя вправе подводить итоги, спорить, отстаивать свои взгляды и не бояться быть неудобной. Жизненный опыт, как она объясняет, не только дает ей уверенность, но и накладывает обязанность делиться своим видением, даже если оно идет вразрез с модными трендами общественного мнения.
Так или иначе, Ирина Роднина не скрывает: она готова и дальше оставаться фигурой, вызывающей резонанс. В ее представлении жить так, чтобы никого не задевать и не вызывать споров, — значит существовать «в тени», а не активно участвовать в жизни страны. И если цена за активную позицию — это критика и громкие дискуссии, она готова ее платить, продолжая говорить только о том, что, по ее словам, она действительно «точно знает и понимает».