Увидеть воочию, как Анна Щербакова падает с двухметровой поддержки на жесткий лед, а спустя несколько минут зал аплодирует вернувшейся в команду Плющенко Елене Костылевой, — ради таких контрастов зрители и идут на «Спящую красавицу». Новогодний марафон ледовых постановок Евгения Плющенко и Яны Рудковской в этом году получился особенно насыщенным: под елку публике предложили сразу три крупные сказки на льду.
В конце декабря стартовала «Белоснежка», в первые числа января обновленный «Щелкунчик», а с пятого числа в афишу вновь вернулась «Спящая красавица». Именно эта постановка сегодня лучше всего показывает, как трансформируется жанр ледового шоу и что происходит, когда на одном льду неожиданно встречаются олимпийские чемпионки, звезды прошлых лет и юные таланты, чьи спортивные и тренерские истории до сих пор у всех на слуху.
С одной стороны, если прийти на спектакль без погружения в закулисье фигурного катания, зритель получает идеальную семейную сказку. Звучит бессмертная музыка Петра Чайковского, сюжет понятен даже ребенку, костюмы поражают вниманием к деталям. Видно, что в визуальную часть вложены серьезные средства: каждый персонаж выстроен по цвету и силуэту так, чтобы с любой трибуны сразу угадывалась его роль. Яркие платья, плащи, короны, доспехи — все это не просто красиво, но и функционально для катания.
Однако у премьеры на московской Live Арене были и объективные трудности. Площадка не создавалась изначально под крупные ледовые шоу: ледовое поле меньше привычного, само покрытие по скоростным и скользящим характеристикам заметно отличается от арен, где обычно катаются фигуристы. Хореография и постановочные решения остались прежними, а вот пространство для разгона и сложных элементов сократилось. Отсюда — частые недокруты, превращающиеся в так называемые «бабочки», и срывы при попытках зайти на сложные прыжки и поддержки.
Самый драматичный момент вечера — падение Анны Щербаковой с поддержки в группе синхронного катания. Олимпийская чемпионка поднялась на несколько метров, но в один из моментов потеряла опору и рухнула на лед вместе с другой участницей поддержки. Зал на секунду замолк, кто‑то вскрикнул, стало слышно только скрежет коньков. К счастью, обошлось без тяжелых последствий, но зрелище было жестким: столкновение с ледяной поверхностью с такой высоты всегда выглядит пугающе, особенно когда речь о хрупких фигуристках.
После шоу Яна Рудковская подробно объяснила, почему произошел этот эпизод. По ее словам, девушки-синхронистки взяли Анну в поддержку технически неверно, а сама Щербакова еще не успела приспособиться к габаритам и качеству льда на Live Арене. На другой площадке, где она только что выступала, лед гораздо больше, разгон — другой, прыжки заходятся в иной траектории. В подобных условиях любая поддержка, рассчитанная под большую арену, становится более рискованной. Яна отдельно подчеркнула, что сбои были не только у Ани: к новым условиям приходилось адаптироваться всем, и на ближайших показах команда рассчитывает добиться большей стабильности.
Если отбросить происшествия, сама постановка заметно эволюционировала по сравнению с ранними версиями шоу Плющенко. Режиссура стала динамичнее, исчезла избыточная тяготимость к театральной пантомиме, когда фигуристы вынуждены были больше «играть руками», чем кататься. Сейчас акцент сделан на полноценной хореографии, взаимодействии персонажей и плотной работе кордебалета. Массовые сцены, особенно эпизоды с боем и столкновениями добра и зла, выстроены куда точнее: перестроения понятны, композиция читается, а фигуристы не мешают друг другу даже на уменьшенном льду.
Отдельный подарок для зрителей — сольный номер Евгения Плющенко в финале. Этот выход не встроен напрямую в канву сказки, скорее выступает как эффектная точка спектакля. Плющенко, несмотря на возраст и многолетнюю карьеру, по‑прежнему обладает харизмой, которая одним появлением на льду заставляет зал замереть. Элементы уже не ультра-категории, но качество скольжения, владение корпусом и умение сыграть на зрительских эмоциях делают его номер естественным апофеозом вечера.
Для аудитории, которая глубоко погружена в фигурное катание, «Спящая красавица» смотрится вообще как спектакль с двойным дном. На льду выходят звезды, хорошо знакомые по чемпионатам Европы и мира, Олимпиадам и недавним скандалам вокруг тренерских переходов. Роль Короля досталась самому Евгению Плющенко, а Королеву сыграла Евгения Медведева. Формально у нее в спектакле не первая драматическая линия, но создатели дали Медведевой отдельные сольные фрагменты и несколько эффектных выходов, где она может показать и катание, и актерскую игру.
Важная сюжетная ось — противостояние героини Анны Щербаковой и персонажа Александры Трусовой (в афише она указана как Александра Игнатова). По замыслу создателей, их герои находятся по разные стороны баррикад, и это чувствуется в каждом совместном выходе. Совместный номер Щербаковой и Трусовой — один из драматургических пиков спектакля. Здесь практически нет слов и пантомимы, весь конфликт передан через пластику: острые линии, резкие вращения, напряженные пересечения траекторий. Обе прекрасно отыгрывают характеры — зритель без подсказок понимает, кто в данный момент атакует, а кто защищается.
Дмитрию Алиеву досталась, на первый взгляд, почти незаметная роль. Его персонаж не тащит на себе сюжет, не появляется в ключевых монологах. Но сто́ит ему выйти на лед и сделать фирменное сальто, зал оживает. Катание Алиева на шоу — пример того, как харизма и технический арсенал способны добавить глубины даже второстепенному образу. Он не перетягивает внимание на себя, но каждый его выход становится миниатюрным аттракционом.
Не меньше внимания публики было приковано к Елене Костылевой. Ее переход из «Ангелов Плющенко» в школу Софьи Федченко многие восприняли как разрыв с прежней командой. Тем интереснее оказалось увидеть, что в шоу она не просто сохранила свое место, но и по‑прежнему исполняет главную роль. На льду юная фигуристка выглядела уверенно и собрано, а ее программы были откатаны чисто и эмоционально. Взаимодействия Костылевой с Александром Плющенко — отдельная линия, которую многие сейчас рассматривают под лупой: каждая поддержка, каждый взгляд, каждый совместный элемент сразу получает дополнительные толкования в глазах тех, кто в курсе их спортивной истории.
Во время представления участников Яна Рудковская подчеркнуто тепло отозвалась о Костылевой, отметила ее технический прогресс и художественное развитие. Интонации и формулировки в ее речи напоминали, будто Елена по‑прежнему остается частью общей системы, а переход в другую школу не разрушил профессиональные связи. Для самой фигуристки это шоу — не только работа, но и важный сигнал: она по‑прежнему востребована на высоком уровне и может совмещать спортивное развитие с большой сценой.
С точки зрения зрительского опыта «Спящая красавица» работает сразу на двух уровнях. Для тех, кто далек от тонкостей протоколов и тренерских драм, это просто красивая зимняя сказка — с волшебством, любовью, борьбой добра и зла, яркими костюмами и живой музыкой. Для фанатов фигурного катания многие эпизоды, мимолетные взгляды, выбор партнерств и даже расстановка персонажей по сторонам сцены получают дополнительный подтекст. Противостояние героинь Щербаковой и Трусовой напоминает их спортивное соперничество в прошлом, дуэтные сцены Медведевой и Плющенко читаются как символический диалог поколений, а выход Костылевой становится своеобразным манифестом ее самостоятельного пути.
Отдельного внимания заслуживает то, как постановка выстроена с точки зрения общей динамики шоу. Создатели избегают затяжных «провисаний»: крупные массовые сцены чередуются с камерными дуэтами, сложная хореография — с более простыми по элементам, но эмоционально насыщенными фрагментами. Детям дают передышку в виде ярких и понятных сцен с феями и сказочными персонажами, взрослым — тонкие психологические сцены, где важнее не прыжки, а взгляд, пауза, характер движения.
Техническая часть тоже постепенно адаптируется под сложную площадку. После первого показала стало ясно, какие поддержки и каскады рискуют быть скомканы из‑за нехватки разгона, и уже к следующим представлениям часть хореографии была подкорректирована. Это не бросается в глаза непросвещенному зрителю, но любители техники заметят, что некоторые элементы стали выполняться в более безопасных модификациях. При этом создатели стараются сохранить ощущение масштаба, не превращая шоу в «урезанную» версию из‑за особенностей льда.
Нельзя не отметить и работу света, проекций, оформления сцены. В «Спящей красавице» это не просто фон, а полноценный участник действия. Цветовые акценты меняются в зависимости от психологического состояния героев: теплые золотистые оттенки в сценах праздника, холодные и острые — в эпизодах с темными силами. В моменты кульминаций на лед выводят дополнительный дым, проекционные узоры и рассыпающиеся «звезды», которые визуально усиливают эффект сложных элементов.
Важно и то, что постановка органично вписывается в формат новогодних каникул. Продолжительность шоу, структура антрактов, насыщенность событиями — все подстроено под семейную аудиторию, где на трибунах рядом сидят дети, родители и бабушки с дедушками. Для одних это первая встреча с живым фигурным катанием, для других — редкая возможность увидеть любимых спортсменов вне строгих соревновательных рамок, когда вместо судейских протоколов главным критерием становится восторг зала.
В совокупности «Спящая красавица» в текущей версии демонстрирует, что ледовые шоу в России уже давно перестали быть просто сборником показательных номеров. Это полноценный театральный продукт со своей драматургией, смысловыми слоями и мощной звездной аурой. И падение Анны Щербаковой, и уверенное возвращение на этот лед Елены Костылевой лишь подчеркивают главный нерв жанра: за сказочным фасадом всегда стоит живая, хрупкая, рискованная реальность фигурного катания, где одно неудачное движение может изменить тон всего вечера — но именно это делает происходящее на льду по‑настоящему настоящим.