Русские фигуристы Юлия Артемьева и Алексей Брюханов давно привыкли жить в режиме «24/7 вместе» — они партнеры и в спорте, и в личной жизни. Их пара считается одним из главных активов российского парного катания в период отстранения от международных стартов. Тренируются они в Перми у Павла Слюсаренко и уже стабильно держатся в числе лидеров: в прошедшем сезоне заняли четвертое место и на чемпионате России, и в финале Гран-при, а на остальных стартах неизменно поднимались на пьедестал.
«Узнала, что Леша свободен — набрала номер»
История их дуэта началась почти случайно, но с четким решением. Несколько лет назад Юля узнала, что Алексей разорвал прежнее партнерство и свободен для новой пары.
Она вспоминает: сначала долго колебалась, стоит ли вообще делать этот шаг. Вопрос такого масштаба, по ее словам, не решишь через сухое сообщение: «Сначала я все же написала: «Можно ли вам позвонить?» — а уже потом решилась набрать».
Алексей на тот момент катался в группе Нины Мозер с Полиной Костюкович. Конец сезона, пауза в соревнованиях — и приглашение из Перми.
«Юля позвонила, мы договорились попробовать, — рассказывает он. — Я приехал в Пермь в апреле. Три дня мы выходили на лед, делали элементы, отрабатывали выбросы, сначала даже на полу, потом уже на льду. После этого я вернулся в Москву и очень долго думал. В мае окончательно решился, переехал в Пермь, и с тех пор мы в паре».
Так пробный просмотр превратился в постоянное партнерство, а Пермь — в новый дом.
Опыт с Тамарой Москвиной
В их карьере был период, когда пара пропускала сезон. Тогда неожиданно появился важный шанс: поработать под руководством легендарного тренера.
«Не секрет, что в тот год, когда мы не выступали, Тамара Николаевна разрешила нам какое-то время тренироваться у нее, — говорит Алексей. — Мы провели примерно месяц в ее группе, освежили технику, вспомнили все основные элементы. Но полностью переходить не планировали, это был, скорее, ценный опыт и перезагрузка».
Для обоих этот месяц стал не только техническим, но и эмоциональным шагом вперед: возможность увидеть другой взгляд на парное катание, сравнить подходы тренеров и лучше понять, в каком направлении они хотят развиваться.
«Сначала были партнерами. На отношения ушел год»
Личную историю Юлия и Алексей строили гораздо осторожнее, чем спортивную.
«Сначала мы были только парой на льду, — говорит Алексей. — На то, чтобы понять, что хотим быть вместе и в жизни, ушел примерно год».
Совместные тренировки, постоянное общение, общие цели — все это постепенно переросло в большее. Но они признаются, что переход от сугубо рабочих отношений к личным дался непросто: приходилось заново выстраивать границы и правила.
Как не принести тренировку домой
Самый сложный момент — научиться не тащить на кухню то, что произошло на льду.
«Раньше часто бывало, что мы поссорились на тренировке — и эта же эмоция переезжала домой, — вспоминает Юлия. — Могли молчать, обижаться, продолжать спорить уже без коньков».
Теперь, по ее словам, они сознательно выстроили другую систему:
«То, что остается на льду, завершается в раздевалке. Дом — это другое пространство. Мы пересмотрели все факторы, которые могут давить на отношения, и стараемся разграничивать роли: на тренировке мы спортсмены и партнеры, дома — пара, у которой есть жизнь помимо спорта».
Алексей добавляет, что долго шли к этому балансу:
«Мы только недавно нашли ту грань, когда можно быть вместе всегда и при этом не «перегорать». Не все было гладко, приходилось учиться слушать друг друга и отделять эмоции от работы».
Рекорд их «молчаливого конфликта» теперь вспоминается с улыбкой. «Максимум — два часа, — смеется Юля. — Дольше обычно не выдерживаем, все равно начинаем обсуждать, что не так».
Отпуск без моря и идеальный вечер
Свободных дней у пары немного, поэтому отдых они планируют с особой тщательностью.
«Уже поняли, что мы точно не «люди моря», — признается Юлия. — Пляж, лежаки — это не про нас. Нам гораздо интереснее гулять по городу, смотреть архитектуру, искать какие-то необычные места».
Алексей добавляет, что их отпуск скорее похож на смену вида деятельности, чем на полное выключение из жизни:
«Можем поехать в Санкт-Петербург: у Юли там еще дела по обучению, совмещаем прогулки и университет. Очень хотим выбраться в Минск хотя бы на неделю — просто сменить обстановку, другие улицы, другая атмосфера».
Идеальный вечер у них, по сути, очень семейный.
«После тренировки приходим домой, ужинаем, включаем сериал, — говорит Алексей. — Иногда играем в игры, но не вместе — у каждого свои интересы. Это помогает немного отдохнуть даже друг от друга, перезагрузиться».
Юлия добавляет, что важнее всего — разговоры:
«Мы можем просто сесть и начать обсуждать что-то совершенно не связанное с фигурным катанием. Это помогает не зацикливаться на результатах и тренировках».
Пермь: дом в 10 минутах от катка
Жизнь в Перми у них максимально подчинена расписанию спортсменов.
«Честно говоря, сам город мы видим не так часто, — признается Юлия. — Живем в десяти минутах от катка, и это, наверное, главное удобство. Утром — тренировка, потом восстановление, домашние дела, учеба».
Алексей перечисляет варианты досуга, когда появляется свободный вечер:
«Кинотеатр, прогулка по центру, торговый центр, где можно просто пройтись и «разгрузить голову», иногда выбираемся в ресторан. Пермь нельзя назвать городом, который мы уже изучили вдоль и поперек, но любимые места у нас есть».
Новые правила: меньше шоу-акробатики, больше образа
Изменения в правилах фигурного катания, нацеленные на некоторое упрощение сложности, пара воспринимает скорее позитивно.
«В этом есть смысл, — считает Алексей. — Элементы будут органичнее вплетаться в программы. Связь между образом, музыкой и технической частью станет прямой. Будет меньше «цирка ради GOE» и больше цельности».
Он отмечает, что особенно интересно будет наблюдать за развитием прыжковой части:
«Новые правила добавят разнообразия: кто-то рискнет усложнить контент, кто-то сделает ставку на безупречное качество. Исчезнет ощущение, что все пары катают одно и то же с разной степенью стабильности».
Юлия говорит, что для них уже есть четкое понимание базового набора:
«В любом случае у нас в программах будет два тройных прыжка. Сейчас отрабатываем разные варианты, смотрим, что лучше вписывается в музыку и расклад элементов».
Алексей уточняет:
«Тренируем каскад сальхов-ойлер-сальхов. Посмотрим, как он «ляжет» в программу и насколько стабильно сможем его выполнять под нагрузкой».
Конкуренция внутри группы и путь к росту
В группе Павла Слюсаренко тренируется сразу несколько сильных спортивных пар. Внешне кажется, что конкуренция должна быть жесткой, но сами ребята говорят, что главное — фокус на себе.
«Мы стараемся не оглядываться по сторонам, — объясняет Юлия. — Да, вокруг есть сильные ребята, это, конечно, стимулирует. Но основная цель — каждый день становиться лучше версии себя вчерашних. Сравнение с другими быстро выматывает».
Алексей добавляет, что у каждой пары в группе — своя задача:
«Иногда просто физически нет времени следить за тем, кто что делает. Тренеры ставят конкретные цели под нас: кому-то нужно подтянуть поддержку, кому-то выбросы, кому-то склейки. Один и тот же метод не работает для всех, и это, кстати, одна из сильных сторон нашей школы».
В чем сила группы Слюсаренко
Юлия убеждена, что их результат — это синергия тренерского штаба и спортсменов:
«У нас постоянный диалог с тренерами. Мы не просто выполняем указания, а пытаемся понимать, что и зачем делаем. Нас учат не бояться говорить, что чувствуем, где некомфортно, где, наоборот, «летит»».
Алексей подчеркивает индивидуальный подход:
«Информацию доносят до всех по-разному. То, что срабатывает у одной пары, может не подойти нам, и наоборот. Тренеры это учитывают и не загоняют всех под одну схему. За счет этого у каждой пары формируется свое лицо и свой почерк на льду, а не безликая копия».
Мечта — дождаться международных стартов вместе
Главное желание, о котором они говорят почти в один голос, связано не с конкретной медалью, а с возможностью снова выехать на международный лед.
«Мы по отдельности уже выступали на международных турнирах, — напоминает Юлия. — Но как пара у нас такой возможности не было. Очень хочется пережить это ощущение вместе: аккредитация, разминка с иностранными дуэтами, лед другой арены, флаг на бортиках».
Для них это не только вопрос статуса, но и шанс проверить себя в глобальной конкуренции, увидеть, как смотрится их катание на фоне лучших пар мира.
Чьи прокаты пересматривают
Кумиров у них нет — есть отдельные выступления, к которым хочется возвращаться.
Алексей вспоминает сразу несколько программ, которые произвели на него сильное впечатление:
«Очень любим произвольные программы Алены Савченко и Бруно Массо, а также Рику Миуры и Рюити Кихары на тех Олимпиадах, где они побеждали. Там и техника, и эмоция, и история — все в едином потоке. Это те прокаты, после которых у тебя мурашки и хочется сразу идти работать».
Он также отмечает одиночника, который задает новый уровень сложности:
«У Ильи Малинина в финале Гран-при прошлого сезона был невероятный прокат. Это пример того, как смелость в контенте и уверенность в себе могут изменить представление о возможном».
Как они переживают отсутствие международных стартов
Отстранение российских спортсменов ударило по фигурному катанию особенно болезненно: многие ребята оказались на пике формы, но без возможности реализовать ее на крупнейших турнирах.
Юлия признается, что в начале это было тяжело принять:
«Был период, когда ты не понимаешь, ради чего выкладываться так же, как раньше. Нет чемпионатов Европы, нет мира, нет Олимпийской перспективы. Но в какой-то момент мы сели и решили: либо мы продолжаем работать, чтобы быть готовыми в любой момент, либо сами ставим крест на своей мечте. Мы выбрали первый вариант».
Алексей добавляет, что внутри России конкуренция никуда не делась, а по некоторым параметрам даже выросла:
«Все понимают, что любой старт здесь — как маленький международный турнир по накалу. Никто не расслабился, наоборот, многие стали еще жестче к себе относиться. Это не заменяет Олимпиаду, но дает внутренний драйв».
Психология парного катания: доверие и риск
Парное катание — вид спорта, где без абсолютного доверия партнеру не выжить. Выбросы, сложные поддержки, вращения — все это требует не только техники, но и уверенности друг в друге.
Юлия говорит, что ощущение безопасности строится годами:
«Сначала ты сознательно контролируешь каждый момент: страшно, напряжение в теле, мысли «а вдруг не поймает». С опытом, когда раз за разом все получается, в момент выброса ты уже не думаешь о падении. Есть только музыка и элемент. Это та грань, где спорт переходит в искусство».
Алексей признается, что ответственность партнера в парном катании особенно ощутима:
«Ты понимаешь, что отвечаешь не только за свой прокат, но и за здоровье другого человека. Это сильно дисциплинирует. Любая халатность может стоить дорого. Поэтому мы много времени уделяем отработке страховок, правильному падению, доверяем процессу, а не полагаемся на «авось»».
Будущее: новая сложность и свои истории на льду
Пара не скрывает, что в перспективе хочет увеличивать сложность программ, но не ради одних только уровней.
«Сложность должна быть подчинена истории, — уверена Юлия. — Неинтересно просто «кидаться» элементами, если они не связаны с образом. Хочется, чтобы зритель запомнил не только то, сколько у нас тройных, но и то, какую эмоцию мы с Лешей донесли, какая между нами энергетика».
Алексей говорит о том же, но языком цифр:
«Да, мы хотим идти вперед по технике, но только когда уверены, что это не разрушит целостность проката. Иногда лучше сделать чуть проще, но чище и музыкальнее, чем взять уровень и потерять в впечатлении. В идеале, конечно, совместить и то и другое — к этому и идем».
***
Сейчас Артемьева и Брюханов продолжают тренировки в Перми, живут в десяти минутах от катка, строят совместный быт и параллельно шагают к своей главной цели — выйти на международный лед уже не поодиночке, а полноценной спортивной парой, за которую будет болеть вся страна.